Category: финансы

Category was added automatically. Read all entries about "финансы".

Pink

Ну, в общем, вот...

Пару недель назад у меня была экспедиция на чердак с целью попытаться посмотреть на это треклятое гнездо, которые эти треклятые птицы свили под крышей, чтобы орать оттуда ни свет ни заря дурными голосами и народить там ораву таких же орущих птенцов, чтобы потом всем вместе было веселее, свесив жопы так, чтобы из них всё стекало строго по стене дома, превращать эту стену из красно-кирпичной в бело-отштукатуренную. Короче, полезла я на чердак. До гнезда, естественно, не добралась, потому что отвлеклась на всякое разное. В частности, обнаружила я там баул со старыми Лизкиными вещами, которые, видимо, предназначались для ближайшего «чарити», но так туда и не доехали, будучи с глаз долой забытыми. И нашла я там белый такой махровый халатик, у которого за воротом была намертво пристрочена полосочка с красными буквами: Elizabeth L. …
У них в школе (а Лизка в bording school училась: это где они живут постоянно и только на каникулы и по выходным домой приезжают) все вещи нужно было такими нашивками метить – во всяком случае, в младших классах. В старших-то точно не нужно было, тем более, что жили они уже каждый в своей комнате. Поэтому я не знаю, как на этом чудесном халатике, который пришёлся мне как раз впору, оказалась эта дурацкая нашивка. Видимо, она появилась в один из тех разов, когда Лизка на побывку из школы приехала со своей постирушкой к бабушке, а бабушка увидела, что нашивки нет, и решила исправить непорядок… Короче, с чердака я слезла в белом халатике, у которого за шиворотом было красными буквами прошито: Elizabeth L.
И не успела я слезть с чердака, как она сама звонит. Из Гибралтара. И практически без сложно-подчинённых, поскольку с русским у нас, конечно, хорошо, но не настолько, чтоб со сложно-подчинёнными, излагает: «Мама, мы уже тут дом сняли. Пока на год. Мама, мы с Джеймсом вчера на приёме и Губернатора были, это ихний Премьер-министр. Джеймс речь произносил, всем очень понравилось, за него даже тост поднимали. Нет, мама, я не набивала полный рот, когда ела… А ещё я тут с одной русской журналисткой познакомилась, её тоже Катя зовут…»
В общем, похоже, что они теперь будут жить в Гибралтаре. И похоже, что уже вот-вот и прямо совсем… 
Для нас это как гром среди ясного неба. Хотя, казалось бы, можно было уже привыкнуть, потому как начали они с того, что Джеймс продал свою квартиру с видом на Темзу в Canary Warf, и они с Лизкой сорвались во Фрацию, купили дом в Le Cap Ferret и сказали, что останутся там жить. Джеймс тогда уволился с поста Managing Director отдела финансовых рисков Fitch Ratings* после того как сделал всё, что мог (а что он мог, если это всё началось задолго до него?), чтобы финансовый кризис 2008-го года оказался не таким ужасным, каким он в итоге всё равно оказался, и, поняв, что «эти безмозглые жадные bastards не желают ничего знать и всё равно всё сделают по-своему», ровно за 6 месяцев до официального объявления кризиса оставил свой пульт управления «Главного человека по финансовым рискам в Fitch Ratings», потому что, как он это объяснил: «Я не хочу быть там, когда у них всё полетит к чёртовой матери. Я их предупреждал, но они делают вид, что ничего не слышат».
______________________________________

* А для тех, у кого возникнет вопрос о том, а как это он в 2006-м, будучи столь юным и нежным, оказался MD в Fitch Ratings, объясняю: будучи ещё более юным и нежным выпускником Оксфорда, Джеймс вместе со своим приятелем основал в Сити компанию по прогнозированию финансовых рисков и созданию инвестиционных схем. И буквально через пару лет их компания стала восприниматься такими гигантами как Fitch, Moody's и S&P как серьёзный конкурент. Что делают с успешными конкурентами в мире криминального бизнеса, мы все знаем. А вот в мире некриминального бизнеса успешного конкурента покупают, соблазняют, сулят златые горы и переманивают в свои структуры. Поэтому, поторговавшись со всеми тремя гигантами, хотевшими его заполучить, Джеймс выбрал Fitch, продал им свою компанию и возглавил отдел инвестиционных рисков в Fitch Ratings, став, таким образом, самым юным и нежным MD за всю историю этой организации.
______________________________________
Ну, так вот, он сказал, что «ноги его больше в Сити не будет», продал квартиру на Canary Warf, отправил мебель в хранилище, а рояль – контейнером в Cap Ferret, ибо без рояля, ему, джазовому пианисту, только что вошедшему во вкус игры дуэтом с Лизкиной скрипкой, ну вот, никак нельзя, ну, вот, ни дня…  Так что мы этот момент уже один раз пережили.
Слава Богу, через год им там осточертело, и они вернулись в Лондон, на радость всем поженились, купили этот огромный дом в одном из самых приятных для проживания пригородов Лондона, год его (дом, не пригород) перестраивали, обживали…
А вот теперь – опять мебель в хранилище, рояль – в перевозку… И говорят, что останутся в этом Гибралтаре насовсем.

И вот сидели давеча Саша с Джеймсом на кухоньке, а я притворилась, что меня нет, а сама пыталась их этой коробочкой фотографировать…
Но только я фотографировать не умею – вообще. И даже коробочка эта не моя: мне её Лизка, когда ещё в Royal Academy училась, от щедрот впарила: дескать, «возьми, а то выброшу». И я не то что не знаю, какие там «настройки», и чего с ними делать, но даже всё время забываю, где кнопку надо нажимать, чтобы оно щёлкнуло. Тем более, что они у окна сидели, и свет – сами понимаете, куда и откуда шёл. Но я старалась…

Поэтому, простите меня, господа-фотографы.
Под катом – дело рук моих… 

Collapse )
no_name

Пост длиною в двадцать лет

Двадцать лет назад, когда мы только начинали свою жизнь в этой стране, маленький чёрно-белый портативный телевизор, подаренный мне одним из завсегдатаев паба, где я по приезде работала за стойкой*, показывал нам одну и ту же нескончаемую мыльную оперу про тогдашнего министра финансов Дэвида Меллора (David Mellor) и его любовницу, Антонию де Санчес (Antonia de Sanches).

К слову заметить, в Англии министр финансов является вторым человеком после Chancellor, чей ранг соответствует Первому заместителю Премьер Министра, то есть, это, по сути, второй человек после первого заместителя Премьер министра. Почти что Премьер министр, я считаю )).

На дворе был 1992-ой год. Первые эпизоды сериала «про Министра, его любовницу и её лэндлорда» начали показывать в апреле, за месяц до Сашиного приезда, но действо продолжалось вплоть до сентября, и чем дальше – тем больше, так что и на Сашину долю тоже хватило, ибо ни один выпуск новостей не обходился без очередной цитаты на тему «что сказал он», «что сказала она», «что сказал его представитель по связям с общественностью», «что сказал её адвокат», «что сказала по этому поводу пенсионерка из Дорсета», и т.д., и т. п. 

А началось там всё с того, что хозяин квартиры, которую снимала Антония де Санчес, заметив, что к девице время от времени наведывается министр финансов, установил у неё в спальне записывающую прослушку. А потом продал эти записи прессе. После чего вся страна с упоением читала, смотрела и слушала по радио про то, как женатый член парламента, министр финансов, второй человек после Chancellor (почти что Премьер министр (Е.Г.)), всякими неподобающими способами дружит с дамой, которую отдельные любители жанра помнили по лёгким ненавязчивым порнушкам. Особое негодование нации вызвал тот факт, что она сосала ему пальцы ног. Этого народ стерпеть не мог (рифма случайная, больше не буду). Пресса поднажала, подловила Меллора на ещё кое-чём, порочащем его как члена правительства и политического деятеля, и поднажала ещё чуток...

Меллор толкал речи, грозился, скандалил, призывал всех разойтись, но всё же, после того, как ему приватно объяснили, что его присутствие «смущает» господина Премьер министра, был вынужден подать в отставку и отойти от политики. 

А теперь пора сказать пару слов про то, что же это за птица-лебедь такая Давид наш Меллор. А птица это, в общем-то не из простых. Человек незауряднейшего ума, огромной культуры, имеющий титул члена Королевского адвокатского Совета – так называемая «шёлковая мантия» silk barrister: это элита судебных адвокатов, которые в знак своей элитарности и приближенности к Великой Истине заседают в суде в шёлковых мантиях. И это при том, что, насколько я понимаю, до таких глупостей, как «заседать в суде в шёлковой мантии» Давид Меллор никогда не опускался, а сразу взвился в поднебесье своей заоблачной карьеры. Хотя, кто его знает, я его биографию от и до не изучала, видимо, он всё же когда-то и отличился на адвокатском поприще, снискал титул, и нафиг оно ему дальше было нужно. Во всяком случае, радары общедоступные для такой несильно копающей публики, как я, выхватывают его уже где-то на уровне стратосферы, и прочих мест обитания небожителей высшего общества нашего небольшого островного государства. Ну, и финансист он, чего уж там: тех, кто деньги раскладывать не умеет в министры финансов за красивые глаза просто так не возьмут. Тем более, что и глазки-то у нас, прямо скажем...

Image Hosted by FunkyIMG.com

И вот, когда человек таких потенций оказывается в полёте, свободном от условностей и ограничений, которые на него накладывало его положение члена правительства, мир запасается попкорном. Но в случае с Меллором, мир явно поторопился. Меллор слишком умён, полёты его слишком высоки, норы его слишком глубоки и дела его порой слишком темны, чтобы он допустил туда чей-то досужий взгляд. Прессу он крепко и надёжно вбил по самую шляпку, предупредив, что если кто-то что-то, хоть когда-то, то он засудит и сотрёт с лица земли. И все знают, что он это сделает.

Правильнее было бы сказать, что Меллоров на один, а два. Два параллельных, но не пересекающихся человека.

Один – авантюрист, бандит, жулик, великий комбинатор, гроссмейстер жизни: это там, где Меллор-юрист и Меллор-финансист всё глубже и глубже забивает золотые колышки, обозначая границы своей тёмной полулегальной вотчины, где он, используя свой недюжинный интеллект, знание системы, связи и профессиональные навыки юриста и финансиста, вершит великие дела во благо своего оффшорного банковского счёта.

А второй – это Меллор-рафинированный эстет, человек высочайшей культуры, продукт лучшего классического образования и, что немаловажно, в музыкознании познавший толк. Про музыкознание я говорю без малейшей иронии: одна из ипостасей сегодняшнего Дэвида Меллора – влиятельный и авторитетный музыкальный критик. Его слово в мире современной классической музыки имеет огромный вес и резонанс. От количества звёздочек, которые на страницах ведущих музыкальных журналов поставил Дэвид Меллор вашему CD, концерту, проекту, зависит очень многое. Он также хозяин и ведущий нескольких шоу на радио – как музыкальных, так и политических. И, что самоё главное – он «свят и непогрешим», а если кто-то что-то где-то скажет, того он «сотрёт с лица земли». И все это помнят, ибо прецеденты уже были.

Так что сами понимаете, когда в феврале прошлого года записывался этот диск**, и пока с марта по июнь шла подготовка к сведению, все участники процесса периодически возводили глаза к небу и просили небо об одном: чтобы в тот день, когда этот диск попадёт в руки к Дэвиду Меллору, у него было хорошее расположение духа, нормальное пищеварение, и полное удовлетворение во всех сферах его непогрешимой жизни. На то и уповали. Вплоть до конца июня. Начиная с конца июня вектор наших упований резко поменял своё направление. На 180 градусов. Потому что случилось именно то, про что Копелян сказал: «А вот этого не мог ожидать никто...»

(Продолжение следует)
___________________________

*...паба, где я по приезде работала за стойкой
** Один раз увидеть, а потом ещё и услышать как-нибудь