Category: дети

Category was added automatically. Read all entries about "дети".

no_name

Вид из окна, если свеситься под правильным углом

Это Симон (Simone), наша соседка слева, мать троих взрослых детей. Пребывает в глухой самоизоляции в силу наличия доп. заболеваний и здравого смысла. Вся аппаратура работает нормально.

Simon7

Оригинал публикации тут: https://www.facebook.com/photo.php?fbid=1401774580014072&set=a.185240801667462&type=3
no_name

Московская красавица: Валентина Караваева

Московская красавица: Валентина Караваева

Всякий раз, когда в запертых квартирах находят несчастных брошенных детей или просто сущий бедлам, соседи приходят в ужас. Несколько недавних сл...

Posted by Екатерина Горбовская on 4 май 2019, 16:35

from Facebook
no_name

Без начала и конца

Недавно тут в сети, спустя четверть века, мы нашлись с одной знакомой девочкой и разговор, естественно, тут же перешёл на мальчиков на внуков. Но поскольку внуки ещё маленькие, то тема исчерпалась несколькими тысячами слов с обеих сторон. А мы с ней обе девочки пишущие, так что несколько тысяч слов это у нас только для разогрева. Поэтому быстренько перешли на взрослых детей, про которых уже можно писать трилогиями: детство, отрочество… тридцатник.

И вот где-то на пятой тысяче слов раздела «Детство» я, наконец, добралась до того момента, как Лизку мою в восемь лет приняли в Purcell School (музыкальная школа, где из нормальных детей делают пожизненных музыкантов):
«…Но совершенно невероятным образом она прошла все туры, и её приняли. Потенциально приняли. Окончательное «добро» давал директор школы, мистер Бейн, после личного с глазу на глаз собеседования с ребёнком.
О том, что директор мистер Бейн личность легендарная и уникальная, человек потрясающий и вообще, мы тогда ещё не знали. Ожидали всяких подлянок в духе тех, что у нас были на собеседовании в Москве при поступлении в какой-то детский сад с уклоном куда-то:
– Лизочка, скажи, сколько ножек у цыплёночка?
– Две...
– А когда он вырастет, сколько у него будет ножек?
– Четыре...
Но тут всё было очень по-честному, как разговор равного с равным. Мистер Бейн спросил у Лизки, понимает ли она, что означает выбор этого пути, понимает ли она, что придётся вкалывать с утра до вечера, и готова ли она вкалывать, хочет ли. Задавал вопросы так, чтобы можно было понять, действительно ли ребёнок понимает, хочет и готов, или это ему родители внушили. Когда стало ясно, что девочка вроде как хочет, понимает и готова, мистер Бейн перевёл разговор в русло светской беседы и спросил: «А какие композиторы тебе больше всего нравятся?»
«Зацепин и Гладков!», - ни минуты не колеблясь ответила девочка, которую её бабушка растила на советском кинематографе и каждый раз ей объясняла, что всю погоду делают именно песни этих двух великих людей». (конец цитаты)

Но поскольку в пяти тысячах слов маленького письмеца всё равно всего не расскажешь, то приходилось наступать на горло этой дивной песне без начала и конца и выкидывать куплет за куплетом, припев за припевом. Ну, в частности, про то, как однажды… Ну, ещё до того как школа переехала в Bushey, ещё в самый первый год Лизкиного там пребывания, когда школа занимала несколько зданий в Harrow: главное здание, ещё какие-то помещения для занятий и минутах в десяти-пятнадцати ходьбы – общежитие, потому как школа была интернатного типа, дабы детишки не тратили драгоценное время на дорогу, потому что… Да потому что вот, как например, в тот день: маленькая девочка, восьми лет от роду, в вечерних сумерках позднего октября, с огромной не по росту скрипкой, выходила из здания школы, чтобы на тоненьких своих заплетающихся от усталости ножках доковылять до койко-места в общаге. Позади у неё был обычный школьный учебный день, потом занятия по специальности с педагогом, потом она несколько часов уже сама пилила на своей скрипочке в practice room, и вот теперь нужно было добрести до койко-места. Чтобы бросить на это койко-место скрипку. А самой идти делать домашнее задание. Это я про Лизку, если кто не понял.

Ну, так вот, выходила она тогда из школы, а директор, мистер Бейн, как раз машину заводил, чтобы домой ехать. Увидел он нашу Лизку и предложил подбросить её до общаги – уж больно вид у неё, судя по всему, жалобный был. Да ещё скрипка эта огромная.

Она потом рассказывала: «Мы с мистером Бейном очень интересно беседовали, но я вдруг уснула. И он потом в машине какую-то книжку читал, чтобы меня не будить, когда мы доехали».

А мистер Бейн тогда дружил с Надеждой Приговой, знал, что мы знакомы, поэтому кое-что иногда ей про Лизку говорил. И вот она передала нам его слова: «Какие удивительные манеры у этой девочки! She did not just fall asleep, she asked me: “Would you mind if I sleep for a minute”» (Она не просто уснула, она спросила меня: «Можно, я посплю минуточку?»)

…А поскольку мы все сейчас судорожно закачиваем свои ЖЖ-шки в педеэфки, ибо не знаем, чем закончатся грядущие перемены в стане СУПостата, мне в процессе просмотра закаченного попалась на глаза эта запись:

OFF-LINE интервью с Борисом Стругацким
Сентябрь 2009 http://www.rusf.ru/abs/int0132.htm

Уважаемый Борис Натанович.
      В своем ЖЖ поэт Екатерина Горбовская пишет: ...А среди прочих там была книжка Стругацких «Далёкая Радуга» с дарственной надписью Аркадия Стругацкого: «Дорогому Саше Горбовскому – с благодарностью за фамилию и некоторые черты характера». Учитывая феерическую популярность этого героя (Леонида Горбовского), книжка – поистине раритетная. А теперь её нет. Папы тоже уже нет. (http://tyaka-levina.livejournal.com/7053.html).
      Не могли ли бы Вы ответить, а какие именно черты характера Александра Альфредовича Горбовского были унаследованы Леонидом Горбовским?
                                                                                          Дмитрий Дмитрий < ... @gmail.com>
                                                                                         Austin, US - 09/16/09 21:57:30 MSK

БНС: <…> если у нашего Леонида Андреевича и есть какие-то черты Александра Горбовского, то это уж «работа» АНС. У меня же перед глазами всегда стоял совсем другой прототип Леонида Андреевича – мой друг Саша Копылов. Не знаю, насколько удалось мне воплотить его в Леониде Андреевиче (скорее, НЕ удалось), но коронная фраза Л.Горбовского «Можно, я лягу?» принадлежит именно Саше Копылову.
_____________________
*Аркадия Натановича Стругацкого

И я вдруг вспомнила тот «куплет», который я пару дней назад выбросила из моей эпистолярной песни без начала и конца, дабы не утомлять адресата больше, чем я уже его того.
И меня удивительным образом согрела эта перекличка неведомого мне Саши Копылова и неведомой ему, Александру Ивановичу Копылову, внучки незнакомого человека, с которым их навсегда связал чей-то замысел, он же вымысел.
И умерли они с папой, оказывается, в один год.
«Можно, я лягу?», «Можно, я посплю минуточку?»…
no_name

Первая публикация в этом году – "Дети Ра"


***
Седина в бороду — бес в ребро,
А Господь посмотрел и сказал: «Добро!»
И она посмотрела. Сказала: «Здорово!»
Только ангел-хранитель схватился за голову.

***
Остальное здесь: http://magazines.russ.ru/ra/2016/11/den-nachnetsya-kak-vsegda.html:
no_name

весёлого вам понедельничка!

Оригинал взят у tyaka_levina в ****

Я боюсь, что уйду не с разбегу,
что меня поведёт по канве.
По скрипящему детскому снегу,
по зелёной, до боли, траве…

И тогда, чтобы было нисколечко
не обидно, не грустно, не боязно,
мне сыграют весёлую полечку
на мотив уходящего поезда.

Тому, кто не досмотрит до конца не засчитывается!


no_name

post

Увидела эту ссылку в одном фейсбуке, куда люблю заглядывать. Просто не могу не поделиться.

Оригинал взят у karma_amrak в post
Я, как известно, к патриотически-настроенным гражданам не отношусь. Война, как мне кажется (любая, и эта тоже) явление грубое, грязное, лживое и разрушительное для человека, как в макро, так и в микрокосме его. При чем завоеватель ли ты или героический защитник – на выходе разницы нет. О природе военного героизма вообще можно было бы много и парадоксально порассуждать, но я не стану. Потому что бестактно. Все равно как за свадебным столом цинично обсуждать сексуальное прошлое невесты. Люди живы, пьют и радуются – вот и слава богу.

Но есть у меня одна слабость. Я люблю стариков, особенно повоевавших. Это оттого, что мне очень повезло с семейным старшим поколением. Люди они были простые, чуждые воспитательным изыскам, и поэтому никогда мне не врали. На прямо поставленный вопрос я обычно получала прямой и честный ответ, без скидок на впечатлительное и нежное детское восприятие. Поэтому я выросла не на «телевизорном» варианте прошедшей войны, а на рассказах моих бабок, дедов и выживших дядьев. А это был, доложу вам, тот еще экшен.

Одна из моих бабок до последнего дня своего больше всех фашистов, вместе взятых, люто ненавидела героя Советского Союза Гризодубову Валентину Степановну вместе со всей ее авиацией дальнего действия. Потому что в сорок втором именно ее «соколы», промахнувшись мимо немецкой комендатуры, ёбнули со всей дури по безупречному бабкиному хозяйству, прицельно разнеся нужник на краю огорода. Бабка осталась с двумя малыми детьми на руках – без дома, без нужника и с огородом, в три слоя покрытым говном. А дело было в конце лета, и выковыривать из-под говна картошку, свеклу и моркву было, видимо, незабываемым опытом.
Collapse )

Вот такая у меня была война.
Старики мои, не смотря на их упрямое долгожительство, уходят один за другим, остановить я этого не могу. После них остаются только образы, вложенные мне в голову, и лица.
Я тут снимала серию парадных портретов участников войны. Снимала месяц, и уже за эти четыре недели несколько из отснятых мной умерли. Так они стремительно исчезают, что даже не по себе.
Посмотрите просто. Красивые.


Collapse )
no_name

Мы длинной вереницей пойдем за синей птицей...

А вот это моё продолжение рода держит на руках своё продолжение рода…*



А с противоположного края у нас теперь только одна моя мама осталась. Дальше – мы. Это, наверное, очень большая ответственность стоять последним у крайней черты рода, и знать, что с твоим уходом на место крайнего встанут твои дети. Вот ты и держишь, держишь этот арьергард сколько сил хватит…

Бабушка моя Ольга Владимировна была железная женщина, силы воли и выдержки необычайной. В Партию верила всю жизнь, а в Бога – никогда. Гордая, принципиальная, никто не помнил, чтобы она хоть раз потеряла самообладание, или хоть слезу какую ничтожную проронила. А я помню. Однажды, когда я к ней приехала, она торжественно подвела меня к своей древней швейной машинке «Зингер» (чуть было не написала «Грюндик») и стала мне показывать, где у этой машинки чего, что нужно делать в случае если, а чего делать нельзя, потому что. Где шпульки хранятся, где маслёнка, что и как там смазывать… А потом сказала: «Когда я умру…». И не договорила. Разрыдалась. Она была абсолютно здорова, она совершенно не собиралась завтра после обеда умирать, просто в её сознании существовал чёткий эмпирический базис: возраст есть возраст, соседка сверху вот уже, и председатель домоуправления уже, и не ровён час… Но едва смысл вслух произнесённых слов «когда я умру…» во всей своей безысходности дошёл до её сознания, железная и несгибаемая Ольга Владимировна неумело и неудержимо разрыдалась.

А другая моя бабушка, как дедушку схоронила, завела себе иконку, у папы моего книжечки какие-то попросила, чтобы быть в теме, и стала ходить в церковь. Она тоже меня однажды позвала и тоже разные свои сокровища стала мне показывать и объяснять, как с ними обращаться и какой тряпочкой протирать. И сказала: «Потому что когда я буду смотреть на вас сверху…» – и аж засветилась вся. Я тогда первый раз увидела её улыбающейся после того, как дедушка умер.

А потом родилась Лизка, и какое-то время в роду присутствовали все четыре поколения. Потом стало три. Сейчас опять четыре. И моя мама – за крайнего. А потом мы – с песнЯми и по кочкам.

______________________________________________
* Я подозреваю, что они там ребёночка свиными отбивными кормят, потому как у нас в роду ни с какой стороны таких барочных детишек отродясь не бывало.
no_name

Там-та-рам-там-там-там... покачал головой...

или, за что купил...



ДЕКРЕТ
Саратовского Губернского Совета Народных Комиссаров об отмене частного владения женщинами.

Законный бракъ, имевшiй место до последняго времени, несомненно являлся продуктомъ того социального неравенства, которое должно быть с корнемъ вырвано въ Советской Республике.

До сихъ поръ законные браки служили серьезнымъ оружиемъ въ рукахъ буржуазiи въ борьбе ея с пролетарiатомъ, благодаря только имъ все лучшiя экземпляры прекраснаго пола были собственностью буржуевь имперiалистов и такою собственностью не могло не быть нарушено
правильное продолжение человеческаго рода.

Поэтому Саратовскiй Губернскiй Советь Народныхъ Комиссаровъ съ одобренiя Исполнительного
комитета Губерн
cкаго Совета Рабочихъ, Солдатcкихъ и Крестьянскихъ Депутатовъ постановилъ:


§1. Съ 1 января 1918 года отменяется право постояннаго владения женщинами, достигшими 17 л. и до 30 л.
Примечание: Возрасть женщинъ определяется метрическими выписями, паспортомъ, а въ случае отсутств
iя этихъ документовъ квартальными комитетами или старостами и по наружному виду и свидетельскими показанiями.

§2. Действие настоящего декрета не распространяется на замужнихъ женщинъ, имеющихь пятерыхъ или более детей.

§3. За бывшими владельцами (мужьями) сохраняется право въ неочередное пользование своей женой.
Примечание: Въ случае противодейств
iя бывшего мужа въ проведенiи сего декрета въ жизнь, онъ лишается права предоставляемого ему настоящей статьей.

§4. Все женщины, который подходягь подъ настоящей декретъ, изъемаются изъ частного постояннаго владенiя и объявляются достоянiемъ всего трудового народа.

§5. Распределенiе заведыванiя отчужденныхь жснщинь предоставляется Губернскому Сов. Раб. Солд. и Крест. Депутатовъ (Уезднымъ и Сельскимъ по принадлежности).

§6. Граждане мущины имеютъ право пользоваться женщиной не чаще четырехъ разъ за неделю и не более 3-хъ часовъ при соблюденiи условiй указанныхъ ниже.

§7. Каждый членъ трудового народа обязан отчислять оть своего заработка 2% въ фондъ народнаго поколения.

§8. Каждый мущина, желающiй воспользоваться экземпляромъ народнаго достоянiя, долженъ представить оть рабочезаводского комитета или профессюнального союза удостоверенiе о принадлежности своей къ трудовому классу.

§9. Не принадлежащiе къ трудовому классу мущины прiобретаютъ право воспользоваться отчужденными женщинами при условм ежемесячнаго взноса указанного въ §8 в фондъ 1000 руб.

§10. Все женщины, объявленныя настоящимъ декретомъ народнымъ достояниемъ,.получаютъ изъ фонда народнаго поколенiя вспомоществованiе въ размере 280руб. въ месяцъ.

§11. Женщины забеременевшiе освобождаются оть своихъ обязанностей прямыхь и государственныхъ въ теченiе 4-хъ месяцев (3 месяца до и одинъ после родовь).

§12. Рождаемые младенцы по истеченiи месяца отдаются въ приють "Народные Ясли", где воспитываются и получаютъ образованiе до 17-летняго возраста.

§13. При рожденiи двойни родительницы дается награда въ 200 руб.

§14. Виновные въ распространеiи венерическихъ болезней будутъ привлекаться къ законной ответственности по суду революцюннаго времени.

Архивное дело N 15554-П в Орловском УФСБ

Gibraltar

(no subject)

Увидела вот это у luciana_ И вспомнила, как моя Лизка в каком-то бессознательном возрасте проходила собеседование [sic!] в какой-то детский сад с уклоном куда-то:

– Лизочка, скажи, сколько ножек у цыплёночка?
– Две...
– А когда он вырастет, сколько у него будет ножек?
– Четыре...

И если вы думаете, что нас приняли, то вы таки глубоко ошибаетесь.

(Но если вы думаете, что нас всё равно не приняли, то вы просто не знаете Оксаночку, Лизкину бабушку по материнской линии, которая сама кому хошь ножки из всех мест повыдергает.)
no_name

(no subject)

Вчера опять весь вечер скакала по программам, пыталась найти «Спокойной ночи, малыши!». Я этих малышей каждый раз поймать пытаюсь, когда сюда приезжаю и дорываюсь до телевизора.

Оно ещё есть в природе, или его забанили? Мне бы хоть одним глазком взглянуть. Очень надо. В терапевтических целях. Я когда-то была сильно травмирована этой передачей. Не так, чтоб на всю жизнь, но у меня остался вопрос, который, наверное, будет мучить меня до скончания века.

Дело было по осени. Мне было лет пять от роду, что ли. Не больше. Может быть, даже и меньше, не суть важно. Так вот, я под руководством бабушки, набрала по газонам опавшие кленовые листья и под её же руководством запихнула всё собранное в вазочку/поллитровую банку/бутылку из-под кефира – тоже не суть важно, и эту вазочку-банку-бутылку мы поставили на стол. Бабушка велела мне на всё это любоваться, и объяснила, что это «очень красивый букет из кленовых листьев». Потом мы включили «Спокойной ночи, малыши», и тётя Валя завела промудоматерь на тему о том, какая у нас нынче, дети, дивная осенняя пора, ну, и всё остальное, что к этому положено. А потом, глядя с экрана прямо на меня, сказала: «Вижу, вижу, Катенька, какой ты красивый букет из кленовых листьев собрала!»

Если бы я была хотя бы на год постарше, я бы, наверное, рехнулась. Но поскольку я не была на год старше, я тогда отнеслась к этому довольно спокойно, и на тот момент всё как-то обошлось без энуреза, заикания и последующего отставания в развитии. Тем более что ничего такого нового тётя Валя мне не сказала: мне бабушка до этого уже битый час своим поставленным педагогическим голосом (она работала заведующей детского сада) объясняла за эстетику того, что мы водрузили на стол. Так что я особо не удивилась, потому что привыкла к тому, что взрослые всегда одно и то же в одну дуду. Удивилась и рехнулась – причём, по-настоящему рехнулась, я уже год или два спустя, когда оно меня догнало. С тех пор, я чуть ли не к каждой передаче готовила какое-нибудь умопомрачалово и выставляла его перед экраном, чтобы меня опять отметили и похвалили. Но они в упор не видели. Я сидела перед экраном, окаменев, и всех их ненавидела. Потом папа мне объяснил, что два раза одну и ту же девочку они похвалить не могут, а то это будет нечестно по отношению к другим детям. Я не согласилась по существу, но, поняв, что больше мне не светит, успокоилась.

Но вот как оно тогда получилось с этим «Вижу, вижу, Катенька...», я так никогда и не узнаю и вряд ли успокоюсь. Поэтому наверное мне теперь так всё время хочется найти этих «малышей» и пристально посмотреть им в глаза. Или не поэтому. Но, наверное, оно даже и к лучшему, что не получается, а то так вот включишь, а там — тётя Валя: смотрит на тебя в упор и говорит: «Вижу, вижу, Катенька, какая ты дура выросла...»

...а ты ей: «Ой, да сама ты дура!»
а она тебе: «А так дикторам нельзя говорить, а то у тебя ЖЖ закроют!»
а ты ей: «.....
И так — до приезда санитаров. Ну, и потом, разумеется, тоже, но уже без телевизора.